Свидание без любви

Я наивно пригласил Сатану в гости, и он пришёл. Я впервые столкнулся со сверхъестественным, хотя Сатана явился мне в самом обыденном, физическом, материальном виде, с естественным, по такому случаю запахом жжёной серы. Он приехал из СП б, он там учился на факультете философии в университете. Я не спрашивал Сатану, до какой степени интимности у него отношения с профессурой - ведь всякий профессор порождение Ада. Без этого вопроса Сатанинские глаза отвечали: «Отношения, разумеется отличные». Но безупречными их не назовёшь - так уже додумывал я сам.

Сатана ввалился ко мне на квартиру в голубых джинсах, жёлтой майке и с дьявольски зелёными глазами. Влажные губы заклеймили бледно-розовой и немой печатью мои уста. Руки, до этого мечтавшие о шалостях, одеревенели - Сатана оказался ветреной девчонкой с воспалённым воображением, равнодушным сердцем и пустой головой. Крепкие конические груди рвали желтизну майки острыми завершениями, плавные бёдра, сжимая и разжимая колени, охраняли пересечения. Глядя на Сатану, я почти что обманулся, но Иисус, который не дремал, мне подал знак - подмигнул, и я отчётливо понял, понял по слогам - это Сатана! Держись от него подальше! И я перешёл на солнечную сторону улицы. Трамвай на миг разделил нас, а после - Сатана растаял в жарком августовском воздухе, осталось мокрое пятно и пустая жестянка из-под пива.

Я знаю, мне это подсказал один человек, вовсе не Иисус - нельзя смотреть в глаза своему отражению в зеркале, увидишь Сатану. Я не послушался, и раз потратил часа три на разглядывание своей блеклой рожи, но, увы, Сатана явился не из зеркала, а из СП б...

Чтобы не прослыть ретроградами или чёрствыми консерваторами, мы, уже сейчас, можем воскликнуть с законным оптимизмом: «Недостижимое достижимо!». Но как трезвые люди – «От достижения недостижимого недосягаемость последнего недоступна!». Ведь мы реальны, в конце концов, недоступное - это только догадка...

Михаил Дмитриенко, Алма-Ата

1996